Экология

Про заповедники, парки и Североуральск

«Заповедник» — это русское слово. Оно не переводится на другие языки. Наши заповедники — это часть нашей истории, культуры, науки и веры. Заповедного — не тронь.

Идея заповедников родилась в России в конце 18 века (воплощение — гораздо раньше). Они родились как эталонные участки природы, и часто — на «священных местах» разных народов. Это образы России, это генофонд нашей природы. У верующих есть 10 заповедей. Это 10 запретов, 10 табу; на запретах держится мораль, не дающая человеку оскотиниться. У нас это именно заповеди, и слово это — наше.

Я вам объясню, как я вижу разницу между «запретом» и «заповедью». Запрет — это что-то извне. Запрет работает за страх. Заповедь работает за совесть, поскольку исходит изнутри. И ни какая охрана заповедников не сработает «за страх». Заповедники сохранились как раз «за совесть». —

Умоляю вас, — для охраны периметра сотен тысяч гектаров тайги, гор, акватории — нужны армии охранников и тонны колючей проволоки. Именно так представляют себе охрану заповедников те, кто «за страх». Заповедники — территории не страха, это территории совести. В «лихие 90-е» годы удалось создать множество заповедников. Это спасло многие территории от разграбления. И спасибо тем провидцам, которые сделали это.

Если бы не восстановили заповедник «Денежкин Камень», вероятнее всего, Сольва и Супрея были бы перелопачены, кедровники в округе вырублены, а Жёлтую Сопку взорвали на дуниты. Если бы заповедник восстановили в прежних границах, согласно проекта, то Шемур был бы цел, реки и подземные месторождения питьевой воды были бы не отравлены.

Что бы потеряли города Ивдель и Североуральск, если бы не вскрыли Шемур? А что они приобрели? Здесь бы надо сказать, тем, кто сейчас сеет смуту, что надо на месте заповедника парк сделать, чтоб гулять там. — Хотите Национальные парки — «валите в пиндосию», нацпарки это как раз «изобретение» американцев. Но я так не скажу. Вот почему. «Национальный парк» — это устоявшееся название, устойчивое словосочетание, возникшее в Америке. Применительно к нам, конечно, парки не имеют национальности. «Национальный» в Америке означает то же, что у нас — государственный.

У нас есть Государственные заповедники. Национальные парки у нас, — это Государственные парки (если «по-русски»). Есть лесные парки, городские парки, есть парки культуры и отдыха, — а есть государственные, они же — «национальные парки». И вот такие парки стали появляться у нас, гораздо позднее, чем заповедники. И это хорошо, что стали появляться. Плохо, что их мало, — их меньше, чем заповедников. Пусть их будет больше. Но не за счёт ликвидации заповедников, а за счёт тех земель, которые ещё можно сохранить. – Разве такие земли у нас кончились? Заповедник — не парк. Парк — не заповедник.

Если вы русский язык не только знаете, но и понимаете его, живёте им, вы поймёте разницу между парком и заповедником, и примите существование заповедников как территорий высшего природоохранного статуса без ущерба для своего самолюбия. Примеры. На самом деле, когда говорят, что, вот, смотрите, в том-то и том-то заповеднике «развивают туризм», — на поверку оказывается, что туризм там — не на территории заповедника вовсе. Ближайший пример — Висимский заповедник. Да, там есть даже гостиница, и маршрут есть — не в заповеднике.

Замечательный пример — заповедник «Плато Путорана». Там очень круто, там туризм просто волшебный. Но он — на сопредельной территории. Севернее заповедника есть взятая в аренду территория. Я не знаю подробностей, но примерно так — вроде как бывший работник заповедника воплотил это в жизнь. И он не смог бы это сделать, если бы ему не оказали в этом помощь местные власти и «Норильский Никель».

Заповедник «Столбы» — это почти черта города. Пригород миллионного города! Там, в заповеднике — инфраструктура, дороги. Сейчас «Столбы» преобразуют в Национальный парк, и это правильно. Потому что у парков есть задача — создавать условия для туризма и отдыха, а «Столбы» давно функционируют как парк. И там есть «Красноярский алюминий».

Есть развитие туризма в Хакассии, на Алтае, в Саянском регионе – и вовсе не только на ООПТ, там туризм развивается везде, — и там есть «Саянский алюминий». И есть партнёрство и сотрудничество. Есть природные парки, рядом с нами – «Кондинские Озёра», «Самаровский Чугас». Это — природные региональные парки. И там всё круто для людей сделано. Но там – Ханты-Мансийск, и там — Газпром. А здесь — УГМК. Почувствуйте разницу.

Если бы УГМК было что-то нужно у нас, кроме недр, и кроме того, что бы им никто не мешал брать руду и травить реки и леса, — они не воевали бы с директором заповедника, придумывая разные «околозаконные» ходы. Ход, когда они придумали объединить «оренбуржские степи» и «горную тайгу Урала» (заповедники «Оренбуржский» и «Денежкин Камень»), — и подкинули это двум губернаторам, — был просто нелеп, но нелеп настолько, что губернаторы могли бы за такую «подставу» и обидеться. Но они ничего, пережили. И теперь вся эта возня с «верните гору людям», — «создадим на месте заповедника парк»… Этот ход уже прямо противоречит Закону.

А подумайте вот над чем. Сколько топчутся вокруг высочайшей вершины Свердловской области — Конжака? Почему Конжак — не парк до сих пор? Что мешает сделать парком Главный Уральский Хребет? Что мешает развивать туризм без ограничений, накладываемых статусом ООПТ — на «свободных» территориях? Что? — Заповедник «Денежкин Камень»? Не с «Денежкиным Камнем» и не в Денежкином Камне проблемы. Проблемы — рядом. Они — на территории СГО. Сюда «зашла» УГМК.

Может, надо УГМК что-то поменять внутри себя? Чтоб не позорить Урал и Свердловскую область вот такими «войнами». Например, навести порядок, сначала, на Шемуре? И вернуть Свердловской области чистые реки!

Константин Возьмитель


Для справки

Заповедник Национальный парк
Что общего между ними?
На территориях соответствующих природных зон запрещено большинство видов хозяйственной деятельности человека
Статус обоих типов природных зон определен в федеральном законодательстве
Развитие обоих типов природных зон осуществляется за счет бюджета государства
В чем разница между ними?
В общем случае закрыт для посещения людьми (требуется разрешение официальных лиц) Как правило, открыт для посещения людьми при условии соблюдения запрета на охоту и сбор плодов (если иное не установлено правилами парка)
Как правило, учреждается в целях защиты редких видов животных и растений Как правило, учреждается в целях защиты экологических, исторических и культурных объектов государства

Вам может быть интересно

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

8 + 20 =

Кнопка «Наверх»